Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

о новом прочтении

Приснилось странное.

Как будто бы я эдаким бесплотным духом присутствую не то на новогоднем корпоративе "в верхах", не то даже и на записи голубого огонька, -- и там исполняется концертный номер. Три маститых оперных певца, почему-то тенор, баритон и сопрано (два певца и певица), поют очень известное классическое произведение с текстом... Извините, мне как-то даже неловко... Короче, всего текста там было -- "Путину слава". В оригинале-то там вовсе никакого текста нет. Я во сне аккуратнейшим образом пропела всё с начала и до конца на все три голоса, даже горло устало. Интересно, что абсолютно никакого ни злорадства, ни верноподданнического энтузиазма я не испытывала -- и слушатели тоже. Некоторые наслаждались хорошей музыкой, игнорируя текст, некоторые тупо ждали, когда закончится и дадут что-нибудь повеселее, некоторые давились хохотом, произведение опознав.

Вот это. Collapse )

об осознанной необходимости

В одном мамском сообществе наткнулась на типа Умную Мысль:

"Счастье не в том, чтобы делать всегда, что хочешь, а в том, чтобы всегда хотеть того, что делаешь."

Почему-то подобные способы испытывать счастье всегда казались мне невероятно унизительными. Не знаю уж почему. Нормальный мазохист радуется, когда ему плохо, или когда его заставляют, или когда он иным образом добровольно и с песнями ест вкусную и полезную горчицу. Видимо, я слишком уж большой мазохист и радоваться не желаю.

о музыке

Я как-то очень давно между прочим не постила котиков. Это неправильно.



Почерпнуто в фейсбуке у Димы Равича, за что ему большое спасибо.
новый год

об уходящем

Это был очень странный год. Очень, извините за канцеляризм, насыщенный событиями -- не то чтобы самый-самый за всю мою жизнь, но в первой пятерке точно. И я даже не знаю, каких событий было больше, хороших или плохих. Из одного кармана у меня постепенно забрали много, очень много, и продолжают забирать, и рано или поздно заберут еще больше, всё до конца, и ничего с этим поделать нельзя. Зато в другом кармане оказался подарок огромный и совершенно неожиданный, но как раз он в любой момент может исчезнуть так же внезапно, как и появился. Я не привыкла получать подарки и ни черта в этой отрасли физики не понимаю.

Короче, в этом году я жила жизнь, вместо того чтобы писать в жежешечку. Ну, это понятно: когда у тебя происходит что-то важное, причем без разницы -- хорошее или плохое, то вымучивать из себя фигнюшку довольно энергозатратно; а писать о важном... ну, извините, как-то это неприлично.

Дальше, видимо, должны следовать заказы деду Морозу, но с этим тоже как-то сложно. Я уже как-то, примерно месяц назад, отписалась в одном месте, и там говорилось примерно следующее: пожалуйста, чтобы в будущем году всё шло не хуже, чем сейчас, а еще хотелось бы побольше денег. Год еще даже не кончился, как у меня действительно образовалась некая внеплановая сумма, да, -- но я в общем-то не имела в виду, что сумма эта должна представлять собою компенсацию за попадание под машину. С другой стороны, сумма эта была небольшая, именно потому, что я в сущности отделалась испугом, хотя и тяжелым. Но так или иначе -- формулировать, конечно, надо было тщательнЕе.

В общем, дорогой дедушка, пожалуйста, чтобы в будущем году всё шло не хуже, чем сейчас, чтобы мне удалось заработать больше денег, чтобы мне удалось потратить эти деньги исключительно на вещи полезные и приятные одновременно (если тебя интересует конкретный список, то мы можем обсудить это в приватном порядке), а также -- эт ласт нот эт лист, -- чтобы мои друзья, которых у меня и так немного, оставались моими друзьями. Я со своей стороны изо всех сил постараюсь быть хорошей девочкой и ничего не испортить.

С наступающим,

твой мурмель.

об источниках знаний

Нынче в одном сообществе вспоминали, какие казалось бы очевидные вещи до кого дошли с огромным опозданием и, что называется, внезапно. Я рассказала, как работала в самом конце девяностых в одном месте, где было принято включать музыку, и однажды кто-то притащил диск Jesus Christ Superstar. Оно значит крутится негромко в фоновом режиме, оперу все уже раньше слышали, все работают, никто особо внимания не обращает, и вдруг один мальчик вскакивает и буквально кричит -- аааАААА, я понял, я понял!.. Витя, ЧТО ты понял?! -- Я понял, почему говорят "виндоуз маздай!"

По-моему, это довольно смешная история. Но с этой же самой арией у меня есть еще одна история -- не просто смешная, а еще и загадочная.

Когда я была совсем маленькая, ну прямо совсем -- лет может восемь, -- мне рассказали о существовании оперы "Повесть о настоящем человеке". Саму эту историю я в общих чертах знала, мы все знали, нам наверное на каких-нибудь уроках мужества рассказывали; а вот про оперу -- это был очевидный прикол, шутка юмора. Понятно же, что оперы -- это про старые времена, все в длинных платьях и чтобы было ничего не понятно, а тут... Мне оттуда был не просто процитирован текстом, но спет хор врачей над постелью Мересьева, на следующие слова: "Давайте отрежем Мересьеву ноги! -- Не надо, не надо, он будет летать!" Спето было довольно фальшиво, но узнаваемо, я эти две строчки запомнила и потом еще разным людям на протяжении жизни цитировала.

Прошли годы. Много-много лет прошло: так как-то получилось, что я совершенно не интересовалась в юности рок-музыкой и не старалась ничего о ней узнать, и знакомых мальчиков в их попытках расширить мой кругозор не поощряла, да и, собственно, мальчиков таких у меня тоже не водилось; в общем, впервые я услышала "суперзвезду" ненамного раньше того самого конца девяностых. И внезапно вспомнила и опознала это "он будет летать". Не то чтобы я не догадывалась, что смешные, нелепые слова положены на какую-то уже существующую музыку, -- но черт подери, поражает же хронометраж: опера вышла в 1973-м году, а я, провинциальная советская школьница, услышала пародию на нее буквально в течение года-двух.

Примечание 1. Существует еще один известный музыкальный номер, якобы входящий в "Повесть о настоящем человеке". Он относится к походу Мересьева через лес и имеет текст:
Тихо вокруг,
Только не спит барсук...
Да, все верно -- вальс "Амурские волны". Каковой советские дети в общем тоже не очень знали.

Примечание 2. Между тем, реальная опера "Повесть о настоящем человеке" тоже существует, автор -- Сергей Прокофьев. На ютубе доступны фрагменты. Текст там тоже, надо сказать, достаточно причудливый.

о рукодельном

Вы представляете, как записывают грампластинки?

Я вот честно говорю -- не представляю. Как проигрывают -- в общих чертах да: есть спиральная канавка с переменным профилем дна, иголочка звукоснимателя едет по кочкам, по кочкам и в ямку, при этом производит некоторый условно говоря скрежет (тут уже хуже; ну -- условно говоря), который усиливается резонатором до полномасштабного звука. И всё это было возможно до всякого электричества -- крутили диск, вручную взводя пружину, резонатор был просто-напросто большой и хорошо сделанный. Но вот как осуществляется процесс записи, вот этого вот микроскопического, тончайше устроенного рельефа, как звук преобразуется в колебания резца -- не понимаю, нет.

Или еще есть такая отличная вещь, механическое пианино. Живой музыкант играет на фортепиано с неким дополнительным устройством, и каждое нажатие клавиши при помощи этого устройства фиксируется на вращающемся картонном диске, или бумажной ленте, или восковом цилиндре, разные были конструкции. А потом на устройстве обратной так сказать конструкции эту запись можно воспроизвести. Клавиши будут вдавливаться сами собой, волшебное зрелище. Но удивительно опять же, что просто-напросто дырочками (довольно большими, как на перфокартах почти) записывается не просто последовательность нажатий во времени, не некий скелет музыкальной пьесы, примерно как в формате midi, а всё по-настоящему -- усилие, глубина, скорость нажатия, мягкость и бархатистость звука, так что механическое исполнение будет совершенно конкретным исполнением совершенно конкретного музыканта. Я когда-то читала, существует современная качественная запись авторского исполнения фортепианного концерта Листа: оркестр играл живой, а посередине стояла пианола и проигрывала уникальную, самим Листом записанную матрицу. Фантастика, ей-богу.

И сегодня мне пришло в голову вот что. А можно сделать такую матрицу -- вручную? Просто вырезать как-то, минуя стадию живого исполнения, высчитать необходимые параметры дырочек и сделать то, что будет проигрываться и звучать, как музыка. И можно ли сделать так, чтобы это звучало ХОРОШО -- возможно, лучше, чем сделанное настоящим музыкантом.

Но настоящий вызов для всяких там высекателей цитатника Мао на рисовом зерне -- это исполнить вручную грампластинку.

о поэзии

Новелла Матвеева
Старый певец

Певец асфоделей и маленьких нимф,
Богемы изысканный гость,
Вернулся домой
И потрепанный нимб
Устало повесил на гвоздь.
"Маслины, - шептал он, - гирлянда, бутон,
Муслин... марципаны... софа..."
И слушал, как сладостно тают потом
По комнатам эти слова.

Он думал, что слово - фарфор и хрусталь,
Он песни другой не имел.
(А дождик уныло по стеклам хлестал,
А ветер печально шумел.)
Он пел о наклоне усталых ресниц,
О позднем свиданье теней,
О чахлой побелке на стенах больниц,
О черных попонах коней...
Салонов паркетная зыбь
До сих пор
Его отраженье хранит...
Он думал, что слово - хрусталь и фарфор,
А слово-то было гранит.
Над розою, сплюснутой между страниц,
Он плоским свистал соловьем,
И сыпались тени изломанных птиц,
Как листья, в сухой водоем...
...Под утро упала от ветра сирень
И вся распласталась, шурша...
Он понял, что слово - гранит и кремень,
А слово-то было - душа.
Кольцо перемен, превращений кольцо
Он тщетно пытался разнять,
И тонкое
Остановилось лицо,
Как маска,
Которой не снять.
Но облачко славы вилось по следам,
И старый кряхтел граммофон...
Как песня старалась не кончиться там,
Где только что кончился он!
О, ей бы остаться, как пальцу в кольце,
В бессмертия странной стране!
Но даже при жизни он пел о конце -
И стало быть, умер вдвойне.

1965

Я очень любила эти стихи лет в 14. Сильнее, чем про гвоздь и вот это всё.

о конспирологическом

С тех пор, как у нас на улице сделали одностороннее движение, я каждое утро хожу садиться на автобус на параллельную улицу, всего-то через двор. Там остановка возле маленького, хорошенького ярко-синего домика с затейливой крышей, который раньше был кажется телефонной или электрической станцией, но все равно было известно, что раньше там была кирха, -- а теперь он опять и есть кирха. Лютеранская. Я там никогда внутри не была, как-то не похоже, чтобы они там меня сильно ждали. Вывеска там на дверях есть, но не более того. А тут внезапно, прямо на автобусной остановке, появился такой фанерный шалашик с наклеенным ватманом, на котором написано плакатным пером -- в честь юбилея состоится органный концерт. Исполнители -- органистка, скрипач, сопрано. В программе довольно длинный список композиторов. Ну орган-то у них электронный, конечно, но я слышала, что хороший, и даже подумала, а не сходить ли...

Отняло у меня всё это чтение максимум минуту. В этот самый момент краем глаза я увидела автобус, проезжающий мимо (там угол, заранее не углядишь), бешено замахала ему, он остановился чуть дальше, я рысью добежала, влезла, плюхнулась. Спасибо, говорю, что подождали.

Это вы очень плохо делаете, укоризненно говорит автобусник. Я молча киваю -- да, плохо, сначала автобуса не видела, потом замахала слишком поздно... Но он продолжает. Не надо вам было это читать, говорит он. Это же американцы. Зачем вы американцев читаете. И не ходите к ним никогда! Они вас зомбируют!

Вообще-то это, кажется, немцы, но я так растерялась, что и не ответила ему ничего. А к вечеру устала до последней степени, до готовности кого-нибудь покусать, так что про органный концерт даже не вспомнила. Да и звучание органа я, если честно, не люблю, предпочитая ему клавесин. Но все-таки как-то мне не по себе: как будто и в самом деле послушалась автобусника. Может, он меня зомбировал?..

о географическом

Месяца два назад у меня вконтакте начала появляться в ленте реклама некоего джазового концерта в городе Туле. Я не знаю, как она туда попала. Может быть, один раз мне ее подсунули наудачу, я в нее из любопытства ткнула и теперь вижу постоянно (с чудовищно уродливыми нарисованными бровями было, во всяком случае, именно так -- я их развернула, чтобы поудивляться их уродству). А может, они каким-то образом вычислили, что я люблю джаз, и решили, что эта реклама мне очень нужна. Мне предлагалось купить билеты со скидкой, купить билеты без наценки, выиграть билеты вовсе бесплатно и еще что-то предлагалось, но я проматывала, потому что -- да, я люблю джаз, но все-таки не настолько же, чтобы ради него ездить в Тулу!

И только сегодня я обратила внимание на дату концерта (завтра вечером), и в мозгу у меня щелкнуло. Я наконец-то сообразила, что где я буду завтра вечером? -- пра-авильно, в Туле!

Но откуда они знали, а?.. Заявились-то мы совсем недавно...

Впрочем, завтра вечером мы будем заняты не посещением джазового концерта, а, как всегда, совсем другими вещами, и вы нам пожалуйста пожелайте удачи.

о сыроядении другимъ манѣромъ

Когда-то давным-давно, в перестройку, до всяких не то что санкций, а даже до Онищенки, в благословенные времена, когда в каждом киоске круглосуточно продавались странные спиртосодержащие жидкости расцветки венгерских фломастеров и прозрачный, как слеза, спирт "Рояль" и экзотические плоды и кожаные сумки со многими нулями и всем этим (ну, может, кроме сумок) народ регулярно травился до смерти...

Гм. Увлеклась. Начнем заново.
Когда-то давным-давно я работала в одной маленькой фирме, изначально основанной, кажется, при институте. Направлений деятельности у нее было два. Во-первых, она выпускала кое-какую учебную и даже околонаучную литературу, материалы конференций какие-то, -- силами меня; а во-вторых, поставляла учебники по контракту в сельские школы. Вторым направлением занимались четыре шофера на "каблучках", то бишь пикапах, и три разбитные бухгалтерши предпенсионного возраста. Владел же всем этим бывший преподаватель, человек, мучительно тосковавший по культуре и в силу этой классической древнерусской тоски любивший выпить с народом -- с шоферами то бишь и бухгалтершами. В этом же доме, где квартировала контора, хозяин и жил, жила там же и его супруга, часто заглядывавшая на огонек с инспекционными целями. Супруга была бывшая профессиональная балерина, женщина светская, искушенная, опытная, с прекрасным вкусом, многократно бывавшая на гастролях за границей в составе ансамбля "Воронежские девчата" или около того, и ей категорически не нравились эти посиделки. Причем даже не фактом пьянства, что еще можно было бы понять, -- а отсутствием культуры. Ну что это, селедку руками потрошить на черновиках материалов конференций... Босс супругу уважал и старался не нервировать. От пьянства, понятное дело, не отказывался, но изо всех сил стремился к тому, чтобы соответствовать ее изысканным запросам.

Поэтому всякая пьянка (а случалось их не чаще трех-четырех в неделю) начиналась с того, что босс в обеденный перерыв лично шел в ближний универсам, супермаркетов еще кажется не изобрели, и покупал там сыр и апельсины. Апельсины он умел выбирать сладкие, крепкие, с тонкой, нежно горчащей шкуркой, и резал их вместе со шкуркой острейшим ножом на прозрачные сияющие ломтики. А сыр был эмменталь, сладковатый, ванильно-золотистый и блестящий, как клавиши старого рояля (не спирта), с огромными гладкими дырками, края которых несказанно радовали кончик языка, и тоже нарезался он значит тонкими-тонкими пластинками. Из сейфа доставалось блюдо дельфтского кобальтового фаянса, привезенное супругой с давних, при Брежневе еще, гастролей, и на это блюдо ровными концентрическими кругами через один выкладывались ломтики апельсина и сыра, сыра и апельсина.

Пока босс занимался этим рукоделием, бухгалтерши сообща шли в тот же самый универсам и приобретали водку из расчета бутылка на рыло плюс одна про запас, крупную жирную сельдь пряного посола цельной тушкой и буханку хлеба.

И вот наконец приступали. Посередине стола торжественно ставилось синее блюдо с солнечной желто-оранжевой мозаикой. Остальную площадь застилали черновиками в несколько слоев. На них крепкими, заскорузлыми пальцами шоферы потрошили и кромсали кусками сельдь и щедрыми деревенскими скибками резали хлеб. По чайным чашкам разливалась водка. После третьей рюмки начинались песни -- пели бухгалтерши, кстати, неплохо. Радио было у меня в комнате, но мне обычно удавалось уйти раньше, чем душа запросит танцев.

Я в посиделках не участвовала, а почему? -- ну понятно же, говорили бухгалтерши, потому что запойная алкоголичка. Но заскакивала быстренько, чтобы взять с синего блюда сыра и апельсинов, стопочкой: ломтик сыра, ломтик апельсина, ломтик сыра, ломтик апельсина... -- откусить прямо от стопки, замереть от восторга.

Больше никто и никогда, ни разу, с этого блюда ничего не брал.