murmele (murmele) wrote,
murmele
murmele

об уважении

Наткнулась на текст, приписываемый актеру Ричарду Гиру. Там (в процитированном фрагменте) про то, что здоровый образ жизни не всегда гарантирует награду, а бездумное следование своим порокам не всегда влечет за собой наказание, и никогда заранее не узнаешь, а потому и нет смысла особо заморачиваться. "Никто из нас не выберется отсюда живым, так что, пожалуйста, перестаньте относиться к себе как к чему-то второстепенному. Ешьте вкусную еду. Гуляйте на солнце..." и т.п.

Вот это "второстепенное" меня затормозило. Я как-то привыкла, что этот аргумент, про неуважение к себе, обычно используется в прямо противоположном смысле: ты не уважаешь себя, если ешь фастфуд, пренебрегаешь физическими упражнениями и/или позволяешь себе неэстетично выглядеть. (Для табака, алкоголя, наркотиков, беспорядочного незащищенного секса и горных лыж используется обычно какая-то другая риторика.) Мне это, про уважение, всегда казалось ужасно странным: как можно уважать или не уважать себя? Кто тут уважаемый и кто уважатый, что за шизофрения? Хлеще этого, думала я, только "победа над собой" -- если тот, кто победил, это ты, то кто же тогда побежденный? Да и вообще критерии какие-то левые, среди приличных людей считается вроде бы, что другим за такое отказывать в уважении нельзя, а себе, значит, можно?..

Но пару дней назад, когда я собиралась идти с работы домой под ледяным ливнем, меня внезапно осенило.

Я в тот день, понимаете, была в шубе. В той самой сиреневой, смешной, нелепой, старой и страшной, потертой и свалявшейся шубе с недавней фотографии. Я купила ее сто лет назад, и новенькая-пушистенькая она тоже была неоспоримо выдержана в стиле "городская сумасшедшая", и частично за это я ее и выбрала, а частично -- тоже считай за это, потому что она стоила очень дешево, ее просто не хотели покупать. И вот я ее ношу в хвост и в гриву -- и в мороз, и в промозглую сырость, и в снег, и в грязь, и по улице, и в тесной маршрутке, и сижу в ней в почти что неотапливаемом кабинете на работе, и с тяжелой сумкой на плече хожу в ней на рынок... И мне тепло. Да, она пачкается, ветшает, приходит в упадок, надо вот опять отдавать ее в починку, но мне в ней тепло. Хотя совсем уж в проливной дождь, конечно, очень жалко, но с утра дождя не было и прогноз вроде бы не предвещал.

И вот стою я у окна, смотрю наружу, а Дорогая Сослуживица (ТМ) в который уже раз говорит мне сладким голосом: не позорились бы, купили бы пуховик!

У Дорогой Сослуживицы (ТМ) тоже есть шуба. Причем не чета моей -- это по-настоящему дорогая и роскошная шуба, можно сказать Шуба с большой буквы. Я ее за восемь лет видела один раз, причем отнюдь не в тридцатиградусные морозы, которые время от времени случаются, а когда Дорогая Сослуживица (ТМ) после работы собиралась на гастрольный спектакль Большого театра. В тот день с утра ее привез отпросившийся с работы муж, потому что нельзя же в такой прекрасной шубе тереться в автобусе о немытых сограждан. Вообще шуба прогуливается, насколько я могу судить, независимо от погоды раза три в год по таким же статусным поводам, а в остальное время висит в шкафу в фирменном чехле с пакетиками лаванды и выглядит как новенькая, и если режим ее эксплуатации не изменится, то у шубы есть все шансы не то пережить что Дорогую Сослуживицу (ТМ), а стать свидетельницей тепловой смерти Вселенной. Каждодневно же Дорогая Сослуживица (ТМ) ходит в стеганой куртке на два свитера и особо счастливой в общем-то не выглядит.

Я не спрашиваю, кто из нас с бОльшим уважением относится к своей шубе. Шуба неживая, и к ней эта категория, по-моему, не шибко применима. Но кто из нас с бОльшим уважением относится к себе?..
Tags: и другие веселые истории
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 99 comments