murmele (murmele) wrote,
murmele
murmele

о теоретическом феминизме

Читая за свою жизнь множество всякой фантастики, я в фоновом режиме интересуюсь вот каким вопросом. Автор, придумывая свой условно говоря мир, сочинил это, это и еще вот это его отличие от базового, нашего, а вот в этом и этом сделал его неотличимым, -- но часто у автора бывает некое слепое пятно, вещь, которую он счел само собой разумеющейся и вообще не заслуживающей обдумывания, а между тем, с хрена ли?

Я уже писала про "Дивный новый мир" Хаксли, а сейчас взялась перечитывать Буджолд, и там очень похожий эффект. Только более удивительный, потому что Хаксли написан бог знает когда, в 1930-е, а Форкосиганы -- всего-то лет двадцать назад, с тех пор жизнь изменилась совсем не так уж сильно.

Вот смотрите. Имеет место технологически развитая, очень богатая и благополучная планета Бета. Настолько богатая и благополучная, что уровень жизни там высок, нищеты и бесправия нет совсем, в принципе, базовые потребности (вода и воздух, скромное, но отдельное жилье со всеми удобствами, включая доступ к Сети, медицина, еда и одежда без изысков, но качественные и разнообразные, образование -- среднее плюс востребованная рабочая профессия по выбору) гарантированно обеспечиваются каждому гражданину, может быть даже бесплатно. Хочешь больше потребительских благ? -- пожалуйста, заработай. Хочешь квалифицированную, интересную, прибыльную работу? -- учись, блестяще сдай экзамены и зубри как зверь либо заплати за образование, можно в кредит. С другой стороны, не работать, прозябать в грязи и убожестве и жаловаться на судьбу тоже считается категорически неправильным и с самого детства корректируется мягкой, ненавязчивой терапией, в том числе медикаментозной. Разумеется, мужчины и женщины (и гермафродиты) там полностью равны в правах и обязанностях, выполняют равную работу с учетом личных психофизиологических склонностей и возможностей, получают равную оплату, в равной степени продвигаются по служебной лестнице. В общем, скандинавская модель социализма, утопия, счастливый и благополучный мир.

Секс там никак не табуируется, наоборот, заниматься им можно сколько хочешь и с кем хочешь, привет Мизулиной. (Разумеется, изнасилование считается тягчайшим преступлением против личности, и правильно, но при чем тут секс.) Однако деторождение -- дело другое. В условиях ограниченных ресурсов демографическая политика должна быть очень, очень ответственной, общество заинтересовано в том, чтобы детей рождалось ровно столько, сколько нужно, и это были дети отличного качества. Поэтому сразу по достижении половой зрелости каждая девочка без вариантов получает противозачаточный имплантат -- а мальчики, что характерно, так и ходят фертильные; по факту-то разницы, конечно, никакой. В какой-то момент образуется прочная пара, потом эта пара приходит к решению завести ребенка и подает соответствующее прошение. Они проходят жесточайший медосмотр, строгие психологические тесты, изучают теорию и матчасть и сдают экзамен. После этого имплантат удаляется и женщина получает возможность забеременеть. Один раз. После родов всё возвращается на место. Разрешение на второго ребенка получить можно, но за деньги, и достаточно приличные деньги: не то чтобы неподъемные, но их надо долго копить, параллельно думая, а надо ли оно вам. С третьим еще труднее. Зато дети рождаются здоровенькие -- любое отклонение корректируется еще на стадии зачатия, -- и растут здоровенькие, ухоженные, воспитываемые ответственными зрелыми родителями, под неусыпным профессиональным надзором учителей, медиков и психологов.

А теперь объясните мне, откуда и зачем в этом благословенном обществе крепкие, "покуда смерть не разлучит", моногамные семьи -- и почему разрешение на ребенка дается именно паре, а не женщине. И почему в паре этот момент, кажется, всегда определяет мужчина...
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 42 comments