murmele (murmele) wrote,
murmele
murmele

о страшном

Сегодня же положено рассказывать про страшшшшное, да?

Ну вот, когда я была совсем мелкая -- лет семь, восемь, -- я очень боялась двух литературных текстов. Родители любили фантастику, в доме ее было много, я ее соответственно и читала вместо всяких там подобающих сказок, привыкла. Но были две вещи, которые меня вышибли из колеи надолго, я боялась спать, сидела в своей комнате в темноте (свет зажечь было нельзя, дверь была стеклянная, взрослые ложились очень поздно и обязательно бы заметили и пришли ругаться), прижав к животу подушку, уставившись в пустоту и повторяя какую-нибудь ритмическую бессмыслицу, и так -- несколько дней подряд... Причем ни в каких привидений под кроватью и прочее "не бывает" я не верила, ничего из описанного со мной случиться ну никак не могло, ужас был не в этом, -- а в том, что... Не знаю в чем. Ужас, и все тут.

Ну, с одной вещью всё понятно, ее все читали и тоже небось все боялись: это был "Остров доктора Моро".

А вторая, наверное, малоизвестная. Это была небольшая повесть Ариадны Громовой, напечатанная в каком-то годовом сборнике фантастики, называлась она вроде бы "Глеги", и сюжет там был такой. Прилетают земляне на какую-то постапокалиптическую планету. Разум там явно был, но, кажется, не так давно кончился, кругом одни урбанистические развалины, подземелья и мерзость запустения, а живых никого нету. Лезут, разумеется, в подземелья, огорчаются, тележат друг другу про ужасы войны... И вдруг там, в подземельях, обнаруживают все-таки кого-то живого, устанавилвают контакт, и он им рассказывает, как всё вышло. Им там, милитаристам проклятым, надоело атомными бомбами швыряться, ущерб большой, негуманно опять же, радиация. Так они вывели хитрый вирус. Передается воздушно0капельным путем, человек заболевает, но болеет и недолго, и не слишком тяжело... Вот только выздоравливает каким-то странным: начисто лишившимся свободы воли, или даже скорее свободы целеполагания. Ему ничего не нужно, он ничего не хочет -- даже есть, даже спать, а уж какие-то более сложные вещи и подавно. Но если велишь -- все сделает, и даже, если четко объяснить, что именно, то достаточно сложные и интеллектуальные действия произведет. Но объяснять надо четко. Очень удобно, не то что войско противника, а всё его население поголовно превращается в идеально послушных рабов... Однако вот эта необходимость пару раз в день не просто поставить перед носом еду, но и сказать "ешь", или тем более сказать "встань, пойди на кухню, открой холодильник, возьми курицу, свари и съешь", -- оказалось, что это ужасно хлопотно, а если этого не делать постоянно, то рабы очень быстро и безропотно перемрут от голода. К тому же и с вакцинацией своих возникли некоторые проблемы... Короче, перемерли они там почти все, а ученые, которые эту прекрасную штуку и придумали, ухитрились пересидеть ее в карантине да так и сидят, в строгой изоляции, сколько-то там у них есть рабов, которых они непрерывно тамагочат и гоняют на поверхность за припасами, но понятно, что осталось недолго, старенькие уже все. А зараза в воздухе так и витает, не выветрилась. Ну и, понятное дело, земляне тоже заразились. Летят домой -- один кажется застрелился, когда понял что к чему (хотя могу и путать), другой не успел и превратился в такого вот робота, которому надо говорить "пойди поешь", "пойди поспи", "пойди просчитай манёвр ускорения", а третий лежит на коечке и болеет, и ему тоже в общем все понятно, но он пишет слабеющей рукой эти записки, чтобы дома прочитали, какая нехорошая штука мировая война.

И вот почему-то боялась я зимой первого класса после прочтения этой повести -- не приведи господь как боялась. И почему, спрашивается?

А потому, что, видимо, подцепила я этот вирус и вот так вот и живу. Разве что за едой хожу самостоятельно и без напоминаний, и на работу, и еще кое-что, посты в частности пишу, -- в соответствии с первым законом Ньютона: что тело покоящееся и тело движущееся прямолинейно и равномерно, по инерции, практически ничем не отличаются друг от друга. Спать ложиться, правда, совсем разучилась без направляющего пинка. Да и вообще, если мне что-то велеть, то скорее всего сделаю. Если не отвлекусь и не потеряю импульс; тогда скорее всего не сделаю. А самой себе импульсы задавать -- совершенно невозможно, сил нет. Вот реально, нет сил.

И это довольно страшно, наверное. Но бояться тоже сил как-то не очень.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments