murmele (murmele) wrote,
murmele
murmele

о разнице температур

Есть такой рассказ у Кира Булычева, очень трогательный. Называется "Снегурочка".

Сюжет там такой. Земной космический корабль получает SOS от внеземного космического корабля и прилетает, когда тот уже взорвался. Однако им удалось найти выжившую пассажирку в спасательной капсуле. Она без сознания или спит, но не пострадала, если не считать шока, и выглядит при этом как совершенно обычная земная девушка неземной красоты, вот только, как удается установить (к счастью, вовремя), биохимия у нее совершенно другая. У нас основа жизни это вода; у них -- аммиак. Выжить в нашей атмосфере она, разумеется, не может. Помимо прочего, аммиак испаряется при минус скольких-то там, довольно много, по Цельсию. Комфортная температура для нее -- минус пятьдесят.

Нашим отважным космонавтам удается совершить почти невозможное и девушку спасти. Они оборудуют ей жилой отсек два на три метра, достаточно воздуха, еды, питья, лекарств. Есть автоматический переводчик. Весь экипаж ходит к ней под дверь с прочным прозрачным окошком -- поговорить, развлечь, расспросить, утешить. Ей ведь очень несладко: она видела катастрофу, смерть, чудом уцелела, все еще в опасности, совершенно отрезана от всего знакомого и заперта в крошечном помещении... В том числе и главгерой, тот, кто нашел ее в спасательной капсуле и смертно влюбился еще до того, как она открыла глаза. Она тоже отличает его от прочих и охотно ведет разговоры на лирические темы, ревнует к оставшейся на Земле невесте, на самом деле не существующей, горюет, что они не смогут быть вместе... И тогда он придумывает прекрасный план. Они могли бы сбежать от всех и поселиться где-нибудь, где ему будет холодно, а ей жарко, но в принципе вытерпеть можно: минус сорок? -- нет, это очень жарко, -- а если минус сорок пять?.. На сорок пять она соглашается. Правда, он тут же вспоминает, что дышать одним воздухом они все равно не смогут, и даже письмами обмениваться -- не очень, обычная земная бумага чрезвычайно хрупка в аммиачной ледяной атмосфере, и к тому же запах, весь корабль провонял, они не пользуются респираторами из уважения к ней, терпят (а как для нее пахнет наш воздух?..), но сколько ж можно терпеть. Нельзя же все время терпеть, говорит она, практичная такая девочка.

И так они летят, долго, неделями, -- а потом наконец прилетают, и она очень волнуется и радуется, и беспокоится, что в последний момент случится какая-то гадость, и десять раз проверяет скафандр, чтобы пройти по кораблю от своего "аквариума" до люка, и радостно прощается с каждым членом экипажа -- кроме главного героя, который идет ее провожать, чтобы минутку побыть с ней наедине, но она впопыхах забывает про него: ведь ее внизу встречают, ее ждут родители... Она радостно срывает шлем и перчатки и бежит вниз по трапу и потом по космодрому, ее волосы развеваются на душистом летнем ветру. А потом вспоминает о своем верном рыцаре, который стоит у подножья своего корабля, наглухо закованный в доспехи. Возвращается к нему, тоже бегом. И просит на минутку снять перчатку: температура воздуха всего минус пятьдесят, он не успеет замерзнуть.

Он снимает перчатку. Она берет его руку своей и прикладывает к своей щеке, оставляя страшный ожог в размер мужской ладони. И уходит, уже насовсем. Тогда как у него -- всего лишь легкое обморожение, он, действительно, не успел замерзнуть по-настоящему.

По-моему, это одно из самых реалистических описаний того, что многие и многие считают настоящей любовью: ее зарождения, развития и конца. И того, что бывает потом, тоже.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments